Парламент одобрил введение чрезвычайного положения в энергетическом и гидрологическом секторах на 60 дней с 26 сентября.
На пленарном заседании законодательного форума премьер-министр Василе Тофан отметил, что эта мера носит превентивный характер и необходима в условиях, когда Республика Молдова вступаем в холодный сезон с несколькими региональными рисками, которые накладываются друг на друга и могут взаимно усиливаться.
«Я не говорю, что завтра мы останемся без газа, дизельного топлива, электроэнергии или воды. Напротив, за последние два месяца нам удалось стабилизировать ряд сложных ситуаций.
Проблема в том, что мы вступаем в холодный сезон сразу с несколькими серьезными рисками, которые накладываются друг на друга. Фактически у нас три кризиса, которые могут наложиться друг на друга», – заявил премьер-министр.
Один из рисков связан с ситуацией на рынке природного газа, на которую повлияли кризис в Ормузском проливе, повреждение важных путей и инфраструктуры для транспортировки, а также сокращение экспортных мощностей сжиженного природного газа. В первой половине сентября цена на газ на европейском рынке TTF достигла примерно 84 евро за МВт·ч, что эквивалентно более чем 1 000 долларам за тысячу кубометров и примерно на 50% превышает ориентир, использованный при расчете действующего тарифа.
Республика Молдова законтрактовала более 90% необходимого объема газа на холодный сезон. Однако значительная часть этих объемов привязана к индексу TTF, поэтому конечная цена будет зависеть от ситуации на рынке на момент поставок в зимние месяцы.
«Наш риск теперь заключается не только в том, будет ли газ. Вопрос также в том, по какой цене мы его купим, как профинансируем закупки и как пополним запасы до наступления зимы», – подчеркнул глава правительства.
Риски сохраняются и на рынке топлива в связи с сокращением мощностей по переработке и добыче на Ближнем Востоке и в России, а также ростом международных цен. Республика Молдова уже столкнулась с этой ситуацией в августе, когда запасы дизельного топлива сократились до менее чем четырех дней, а 109 автозаправочных станций сообщили об отсутствии дизтоплива. После принятых властями мер запасы выросли примерно до 10 дней потребления, а количество АЗС, сообщающих о проблемах, сократилось до 8.
«Это показывает нам две вещи. Во-первых, риск реален. Во-вторых, когда у государства есть необходимые инструменты и оно своевременно вмешивается, мы можем стабилизировать ситуацию», – заявил Василе Тофан.
Еще одной уязвимостью является дефицит воды в бассейне Днестра.
В последние недели в Новоднестровское водохранилище в Украине в среднем поступает около 22 м³ воды в секунду, тогда как необходимо поддерживать сброс воды на уровне не менее 60 м³/с. В нормальных условиях этот показатель превышает 100 м³/с. В Костешть на Пруте производство гидроэлектроэнергии сократилось примерно на 55% из-за засухи.
Снижение уровня воды в Дунае также уменьшает производство энергии в регионе. Дефицит воды и энергетическая безопасность напрямую связаны: снижение уровня воды ограничивает доступные в регионе объемы энергии, а возможные перебои с электричеством могут повлиять на работу крупных насосных станций и, следовательно, на водоснабжение Кишинева и Бельц.
Ситуация усугубляется уязвимостью украинской энергетической системы, пострадавшей от разрушений, вызванных военными атаками Российской Федерации. Этой зимой в часы пик Республика Молдова будет вынуждена импортировать около 400–450 МВт электроэнергии, тогда как гарантированная мощность межсоединения с Румынией составляет примерно 360 МВт. Разница должна быть покрыта в том числе за счет Украины, однако доступность этих мощностей может быть ограничена в случае новых разрушений украинской энергетической инфраструктуры.
Премьер-министр объяснил, что эти риски взаимосвязаны: газ влияет на теплоснабжение и производство электроэнергии, дефицит воды снижает производство энергии из водных источников, электричество обеспечивает работу систем водоснабжения, ситуация в Украине влияет на возможности импорта, а нехватка дизельного топлива отражается на транспорте, сельском хозяйстве и логистике.
«Реальный риск состоит не в том, что один из этих факторов сработает отрицательно. Риск в том, что материализуются два или более риска, и тогда мы окажемся в ситуации, к которой совершенно не готовы, чтобы реагировать на действительно масштабный кризис», – отметил премьер-министр.
По его словам, действующий режим повышенной готовности, срок которого истекает 25 сентября, до сих пор позволял ежедневно отчитываться о запасах и планах импорта, обеспечивать складские мощности в порту Джурджулешть, создавать ускоренные коридоры для перевозки топлива при пересечении границы и ограничивать экспорт электроэнергии в часы пик.
Правительство рассмотрело возможность продолжения этого механизма, однако он не предоставляет всех необходимых инструментов для управления сценариями, при которых одновременно материализуются несколько рисков.
В период ЧП власти смогут, в зависимости от развития ситуации, закупать по ускоренным процедурам оборудование, необходимое для критической инфраструктуры, и временно упрощать процедуры установки систем хранения, генераторов и других экстренных мощностей. Кроме того, при необходимости можно будет временно адаптировать условия работы систем теплоснабжения и применять временные регуляторные или налоговые меры в случае экстремальных шоков на рынках газа или топлива. Если гидрологическая ситуация ухудшится, власти смогут отдавать приоритет снабжению питьевой водой, временно ограничивать несущественное потребление и оперативно мобилизовать насосы, генераторы и другие необходимые ресурсы.
«Риски не исчезнут 25 сентября. Было бы безответственно вступать в зиму, видеть все эти риски и ждать кризиса. Подготовка к кризису начинается не тогда, когда гаснет свет, останавливается насос или на заправке заканчивается дизельное топливо. Она начинается тогда, когда кризис еще не ударил в полную силу – она начинается сегодня», – заявил премьер-министр Василе Тофан.
Чрезвычайное положение будет действовать в течение 60 дней с 26 сентября.
