Начнем историю с факта. 22 октября прошлого года состоялось заседание Научного совета отделения наук о земле Российской академии наук «Водные ресурсы суши», на котором выступила делегация Института гидротехники и мелиорации им. А. Н. Костякова («ФНЦ ВНИИГиМ им. А. Н. Костякова»). Широкой публике это заседание ничего интересного, казалось бы, не обещало, но был один нюанс.
Во-первых, на заседании присутствовал помощник президента России по вопросам изменения климата Руслан Эдельгериев, что автоматически подняло совещание на стратегический уровень.
Во-вторых, на заседании РАН обсуждали «великие» проекты переброски водных ресурсов в мире и рассматривали аналогичные события в России. Точнее, потенциальную возможность «межбассейновой переброски речного стока».
Выдержка из итоговой резолюции:
В ходе обсуждений докладов отмечалось, что в современных условиях глобального потепления климата назрела необходимость вернуться к рассмотрению проектов крупномасштабной межбассейновой переброски речного стока. Это возможно осуществить за счет новых технологий, позволяющих использовать трубы с большим диаметром и сроком службы до ста лет с меньшими финансовыми затратами и с несравнимо меньшими экологическими последствиями, чем при устройстве каналов.
К решению водных проблем необходимо подходить комплексно, используя водосберегающие мероприятия, строительство опреснителей, устройство водохранилищ для сбора сезонных осадков, вторичное использование воды после ее очистки, строительство экологически безопасных водоводов с жестким контролем уровня воды в зонах водозабора.
Строительство водоводов – достаточно дорогое и долгосрочное мероприятие, а значит, оно должно опираться на серьезные научные исследования и быть составной частью комплексной федеральной долгосрочной программы.
Не знали, куда потратить в ближайшие годы сотни миллиардов долларов? Ну вот, ученые РАН предлагают рабочую схему.
Теперь немного о причинах столь нетривиального предложения.
По имеющейся из СМИ информации, основными благополучателями переброски речного стока должны стать два региона – Донбасс и Средняя Азия.
Сейчас на территории Донбасса ощущается хронический дефицит воды. Водовод Дон – Донбасс, построенный в 2023 году, не справляется – он обеспечивает подачу только 250 тыс. кубометров воды.
При этом только Донецку и Макеевке требуется 850 тысяч кубов в сутки. Прежний канал Северский Донец – Донбасс пока под контролем ВСУ, и его, перекрыли.
Вкупе ко всему, водовод Дон – Донбасс теряет колоссальные объемы воды в процессе переброски. Эксперты заявляют о 50–70% из-за изношенной инфраструктуры, в первую очередь трубопровода. Всё это выливается в жесткую экономию воды.
Издание «Монокль» пишет о подаче воды раз в трое суток на несколько часов в Донецке и Макеевке, в Енакиево – раз в четыре дня, а в Мариуполе – раз в два дня. Нередко вода из кранов в такие моменты идет техническая.
Проблему Донбасса России придется в любом случае решать. ВСУ, отступая из Славянска, наверняка до основания разрушат гидротехнические сооружения канала Северский Донец – Донбасс.
И совершенно неизвестно, как, когда и в каком качестве удастся возобновить снабжение вододефицитного региона. Ученые из Института гидротехники и мелиорации предлагают перебросить на Донбасс часть водотока из верховьев Северной Двины или Печоры.
Сделать это предлагается не энергозатратным рытьем канала, а по подземной сети полимерных труб.
Выгоды от такого решения достаточно.
Во-первых, подземные водоводы не изменяют ландшафт и не вынуждают сносить города, деревни и села на своем пути.
Во-вторых, из труб вода не теряется. На испарение и фильтрацию тратится не более пары процентов от объемов, что кратно меньше потерь в традиционных каналах. Например, в Большом Каракумском канале банально испаряется и уходит в грунт до 70% воды, в Северо-Крымском канале половина потока фильтруется в землю, а пятая часть в атмосферу.
Вроде бы все выглядит красиво, и дело осталось за малым – закопать сотни километров 2-4-метровых в диаметре труб на несколько метров под землю. Научный руководитель Института водных проблем РАН Виктор Данилов-Данильян считает, что на это уйдет не менее пяти-семи лет.
Логистика водовода непростая – труба пойдет от Печоры или Северной Двины до Камы, потом перебросит воду в Волгу и только потом пойдет на Донбасс. Дополнительным плюсом являются кубокилометры воды в самой Волге, которые увеличат водность, а с этим и судоходность самой главной реки России. И только в низовьях, где это не так критично, воду вернут в трубы для Донбасса.
Может, не надо?
Если проект с переброской воды на Донбасс еще можно воспринимать как реальный и актуальный, то над второй идеей российских ученых следует дискутировать. Она еще более масштабная и дорогостоящая.
Предлагают перебросить воды реки Обь на нужды Казахстана и Узбекистана.
В Средней Азии в будущем с водой лучше точно не станет. Население региона растет, а вместе с ним и водопотребление. Пары рек Амударья и Сырдарья уже сейчас не хватает. Глобальное потепление увеличивает потери на испарение и уничтожает горные ледники, питающие реки.
В итоге 37 миллионов жителей Средней Азии страдают от нехватки воды. А это не только жажда, но и перспективы голода. Киргизия с Таджикистаном уже сейчас готовы воевать за воду, и в будущем эта проблема только усугубится.
Что предлагают ученые? Провести под землей гигантский трубопровод из полипропилена (6-7 параллельных линий диаметром 2-3 метра каждая) из Оби в засушливые регионы Средней Азии.
Разумеется, вода сама вспять не пойдет, и для этого придется построить сеть перекачивающих станций. Энергию это хозяйство будет потреблять в неимоверных объемах – до 11 млрд. киловатт-часов в год. Кто будет оплачивать этот праздник, думается, понятно всем.
Концепция строится не на великодушии россиян, решивших помочь народам южных республик, а на бизнесе. Вода станет новой нефтью и надолго «примагнитит» Среднюю Азию к России.
Платить за воду потребители будут, разумеется, твердой валютой. Только вот, за сколько десятилетий окупится эта затея?
Учитывая платежеспособность, например, Таджикистана и Киргизии, трубопровод может вообще оказаться убыточным. Примерная стоимость проекта оценивается в 100 млрд. долларов, но она явно увеличится в несколько раз в процессе стройки. Так уже было не раз и не два.
Финансовые и политические сложности – это только половина дела. В расчетах исследователей не учитывается потенциальный ущерб.
Менее грандиозный проект переброски воды Печоры или Северной Двины на Донбасс может просто истощить реки-доноры. Уже сейчас в бассейне водотоков наблюдается хроническое обмеление. В итоге они вообще могут оказаться не судоходными, и тогда проблемы Донбасса окажутся лишь цветочками. С переориентированием Оби в Азию последствия могут быть еще масштабнее. Сейчас сток сибирской реки разбалансирован. На некоторых участках каждую весну подтопляет сотни населенных пунктов, а где-то страдают от засухи. Обезвоживается Кулундинская степь и междуречье Оби с Иртышом. Что будет, если забирать 22 млрд. кубокилометров воды каждый год?
Последствия этого эксперимента не просчитает ни один суперкомпьютер в мире.
Водные ресурсы уже сейчас становятся причиной межгосударственных конфликтов, и со временем их станет только больше.
Россия очень обводнена, и это наше преимущество, которым следует воспользоваться.
Только вот подходить к реализации следует крайне осторожно, а лучше пока вообще не будировать эту тему. Насущных проблем на несколько сотен миллиардов рублей у нас и без этого хватает.
