ВОТ ТАК И УХОДИТ БЫЛАЯ СЛАВА

Возможность выхода Гагаузии из состава Молдовы в случае утери независимости Ион Суручану назвал «глупостью»

Возможность выхода Гагаузской автономии из состава Республики Молдова в случае утери ею независимости известный певец и экс-депутат парламента Ион Суручану назвал «глупостью». В интервью газете Timpul Ион Суручану, который был депутатом в 1994-1998 годах, признался, что не помнит, голосовал ли за закон об особом правовом статусе Гагаузии, но сейчас этот закон «осуждает».
«Возможно, я тогда и голосовал. Но знаете, как тогда было? На заседании фракции решалось, голосуем или нет. Я уважаю гагаузов, которых знаю, как спокойных и трудолюбивых людей. Но с политической точки зрения — это дерзость, угрожать нам, что если мы объединимся с Румынией, они получат независимость. Завтра-послезавтра украинцы на севере страны захотят независимости, если им что-то не понравится. Это большая глупость», — заявил исполнитель. За время работы в парламенте он понял, что политика – «не для творческих людей». Суручану привел конкретный пример, как его обвели вокруг пальца коллеги по его же фракции.
«На заседании Аграрно-демократической партии 26 депутатов проголосовали за румынский язык в конституции Молдовы, тогда как 30 — против. Тогда мы решили голосовать и в парламенте, ведь нас было 26, а были еще и депутаты от Народного фронта. Так вот мы прошли каких-то – 30 метров до зала заседаний парламента, но когда там поставили вопрос на голосование – «за» румынский язык проголосовал лишь я один из всех коллег по партии. Я был как белая ворона. Тогда Лидия Истрати, депутат Народного фронта, мне сказала: «Мэй, Суручану, теперь ты понял, с какими дураками ты повелся?». Я и сейчас хорошо помню эти слова», — вспоминает экс-депутат.
Ранее, депутат Михай Гимпу заявил, что многие депутаты первого парламента страны, вероятнее всего, «сожалеют» о том, что в 1994 году проголосовали за автономию для Гагаузии. 
Бывший вице-председатель парламента Молдовы Николае Андроник считает, что принятие закона об особом правовом статусе автономии стало «компромиссом на тот момент», который «в любой момент можно было очень легко изъять из законодательства».