Виталий АНДРИЕВСКИЙ: «Революция и Переворот»

Привет-привет, уважаемые читатели «Гагаузских Ведомостей»! На носу – 7 ноября. Многие до сих пор спорят: стал ли большевистский переворот 1917 года, названый «Великой Октябрьской Социалистической Революцией», благом? Одни говорят: нет, не стал- любая революция несёт людям только горе, разорение, кровь. Но есть и те, кто считают иначе, они готовятся отпраздновать столетие со дня большевистского переворота. Новый опрос от «Гагаузских Ведомостей»: «А вы что думаете?» Специально для нас отвечает:

Виталий АНДРИЕВСКИЙ, директор Института эффективной политики, доктор истории:

  • . Начнем с того, что не нужно идеализировать то, что было до 1917 года. Да, Россия развивалась, но все равно было значительное отставание от Англии, США, других стран. Особенно в области технического прогресса. И монархический строй в России был тормозом ее экономического и социального развития. Но адепты большевизма, которые также об этом пишут, забывают сказать, что не большевики свергли царя. Это сделали до них в феврале 1917 года. Они нанесли удар по республики. Да, Россия после отречения царя стала республикой. И это была настоящая революция. А то, что сделали большевики, было переворотом, который, по сути, восстановил монархию, но это уже была коммунистическая монархия, где власть также принадлежала одному человеку. Увы, но даже после свержения власти коммунистов в 1991 году, эта модель сохранилась. В России власть принадлежит одному человеку. Молдавские коммунисты любят перечислять позитив, который произошел при власти коммунистов. Говорят о достижениях в области образования, здравоохранения, космосе и т.д. Но это же приходило и в других странах, но без репрессий и многочисленных жертв. В перевороте октября 1917 года есть две положительные вещи. Первая. Он заставил многие страны больше внимание уделять социальным проблемам, больше заботиться о людях. Понимая, что если они не будут это делать, то найдутся какие-то новые коммунисты, которые могут поднять людей на бунт. Вторая. Он показал бесперспективность той модели и того исполнения, по которому строили социализм (коммунизм) авторы переворота 1917 года.